The New York Times: Смена режима в России неизбежна и близка

Андрей Козырев, возглавлявший российский МИД с 1990 по 1996 годы, в своей статье «Смена российского режима приближается» для The New York Times сравнивает Россию после распада СССР и Украину после Майдана, делает прогноз относительно падения неэффективного путинского режима, и призывает Запад защищать свои ценности.

«Отвечая на вопрос о российской интервенции в Украине на Международной экономическом форуме в Санкт-Петербурге в прошлом месяце президент Владимир Путин говорил с горечью об Америке и Европе. «Они толкнули нас к линии, за которую мы не можем отступить», - сказал он.

Это было больше, чем политическая игра. Его ответ показал, что стратегия, в которой Запад выглядит как враг, и политика балансирования на грани войны вполне согласуются друг с другом. Неявным сообщением было то, что если Запад будет действовать не так, как хотел бы Кремль, конечный ответ может быть даже ядерным.

В апреле после разговора с людьми, близкими к г-ну Путину, Грэм Аллисон, директор Белферского центра по науке и международным отношениям Гарвардского университета, и Дмитрий Саймс, президент Центра национальных интересов, предупредили о растущей опасности ядерной войны. Но они предложили другое объяснение.

«Когда Советский Союз распался в 1991 году, Россия оказалась на коленях», - пишут они. «Но с того момента, как Владимир Путин взошел на пост в 1999 году, он решил восстановить в России ощущение великой державы».

Эти два направления в кремлевском сюжете – восстановление великой державы, с одной стороны, окружение врагами, с другой - были придуманы, чтобы использовать их для русского народа в качестве оправдания более чем 15 лет авторитарного правления. Но оба направления сомнительны. В начале 1990-х годов россияне восстали против советского авторитаризма. Первый - и последний - всенародно и честно избранный президент Борис Ельцин был представителем настоящих национальных интересов, стремился догнать передовой, демократический Запад.

Ситуация в Украине сейчас, после народного восстания против коррумпированного, авторитарного режима, напоминает Россию тогда. Несмотря на болезненный, может быть, переход к свободе, было бы странно говорить, что эти люди стоят «на коленях». Была ли Америка на коленях в период правления Короля Георга III в преддверие войны за независимость?

Трагично для России, что с середины 90-х годов олигархическая бюрократия монополизировала экспорт нефти и газа и использовала прибыль для покупки предметов роскоши и недвижимости на Западе. Население, тем временем, осталось под стражей КГБ и пропагандистского аппарата.

Больной Ельцин позволил случиться этому регрессу. А г-н Путин его оседлал. В течение десяти лет в условиях бурного роста цен на нефть удалось завуалировать недостатки режима. В действительности правительство России просто несовместимо с проведением реформ, необходимых для устойчивого экономического развития, которые требуют либерализации и конкурентоспособности.

Когда нефтедоллар непредвиденно высох, эта реальность вновь заявила о себе. Сегодня народ действительно на коленях - перед лидером, которого нельзя переизбрать, являющегося заложником капризных цен на нефть и прожорливого военно-промышленного комплекса. Братоубийственная война в Украине, наглость чеченского диктатора Рамзана Кадырова, возобновленная изоляция от стран Запада и зависимость Кремля от Китая как последней финансовой инстанции - это все удары по национальной гордости и безопасности.

На том же форуме, где г-н Путин говорил о последней линией обороны, его друг и бывший министр финансов России Алексей Кудрин, предложил досрочные президентские выборы, чтобы обеспечить столь необходимые экономические реформы. Этот голос из правящей элиты - только эхо растущего внутри инакомыслия. Рано или поздно экономические трудности пробудят и народ.

Как и их советские предшественники, нынешние правители Кремля смотрят на Запад, прежде всего на США, как на угрозу. В отличие от коммунистов, они понимают, что их режим неконкурентоспособен в долгосрочной перспективе. Тем не менее, олигархи цепляются за власть, чтобы удержаться, как можно дольше, используя запугивание и дезинформацию, стремясь подорвать западные нормы - от прав человека до прозрачности бизнеса и международного права.

Вице-президент США Джозеф Байден, справедливо сказал, что конфликт в Украине был «тестом для Запада». Если он не выдержит это испытание, это будет стимулировать дальнейшую агрессию как в Украине, так и в других странах. Медленная, слабая реакция Киева и Запада на захват Россией Крыма повлек за собой вторжение в Восточную Украину.

В сегодняшней российской политической культуре «если один показывает некоторую слабость», как написала Юлия Иоффе в The Washington Post в марте, «то слабеют все, и становятся добычей». Все это может дойти даже до ядерного шантажа, как уже было сказано.

Пока потенциал мягких мер американской власти вместе с сильным ответом европейских стран и Украины далеко не исчерпан. Экономические санкции оказались чувствительны, увеличили неэффективность режима.

Твердость Запада в защите суверенитета Украины и восстановления ее территориальной целостности является необходимым условием не только для обуздания агрессивных импульсов Кремля, но и для вовлечения России в конструктивный диалоге по более широкой повестке. Это может касаться вопросов контроля над вооружениями и мер укрепления доверия для снижения риска войны. Конечно, любые переговоры должны исходить из той позиции, что ядерные угрозы неприемлемы и контрпродуктивны.

Смена режима в России неизбежна и, может быть, близка. Но Запад не должен делать ставку на это или сделать это целью совей политики. Русский народ восстанет снова, но путь к устойчивой демократии и стабильной экономике будет сложным. Запад должен быть готов помочь в этот момент.

«Что западные демократии должны сделать сейчас для России и для себя, это доказать, что они будут защищать свои ценности и нормы международного права»,- считает Андрей Козырев