Дней Александровых прекрасное начало

Александр I – дитя века Просвещения. Его бабка Екатерина II, руководившая его образованием, постаралась воспитать в нем идеального правителя в духе тогдашней французской философии. Особое влияние на мальчика оказал швейцарец Фредерик Сезар Лагарп. Вместе с Александром он беседовал о либеральных принципах, свободе, правосудии, средствах улучшить положение русских подданных. О влиянии Лагарпа свидетельствует письмо Александра I, написанное ему в 1797 году:

«Я сделаю несравненно лучше, посвятив себя задаче даровать стране свободу и тем не допускать ее сделаться игрушкой в руках каких-либо безумцев […] мне кажется, что это было бы лучшим родом революции, так как она была бы произведена законною властью, которая перестала бы существовать, как только конституция была бы закончена, и нация избрала бы своих представителей. Вот в чем заключается моя мысль».

Щукин С.С. Портрет Александра I. 1800-е

Похоже, что Александр видел дурные черты позднего царствования Екатерины II с его безудержным фаворитизмом. Его влекло к более строгому и умеренному двору своего отца Павла. Вынужденный лавировать между отцом и бабкой с их очень натянутыми отношениями, Александр учился быть дипломатичным и скрывать свои мысли. И в том, и в другом он достигнет больших высот. От Павла он перенял любовь к военному делу, вернее к парадной его стороне, в которой практиковался, став в 1796 году полковником Лейб-гвардии Семеновского полка, когда его отец взошел на престол. Александр знал о заговоре против Павла I и фактически превратился в соучастника убийства своего отца. Рано утром 12 марта 1801 года бледный 23-летний Александр принимал присягу. Ему пришлось переступить через труп своего родителя, чтобы взойти на престол, и это обстоятельство не давало покоя императору всю его жизнь.

Аристократия встретила весть об убийстве Павла I с восторгом и надеждой о возврате к екатерининским порядкам с их единением между дворянством и престолом.

Потакая этим настроениям, Александр I объявил, что при нем «все будет, как при бабушке».

Старые екатерининские вельможи были назначены на ключевые государственные посты. Многие были вполне довольны этими шагами, а некоторые шли дальше. Среди многочисленных претензий к Павлу I были и такие: он окружает себя недостойными людьми, принимает необдуманные, спонтанные решения и т. п. Идеи об ограничении самодержавия неким органом, представляющим аристократию, популярные в XVIII веке, вновь воскресли в 1801 году. Высказывались мысли наделить Сенат особыми правами, включая право возражать императору, превратив его в нечто вроде хранителя законов и защитника интересов дворянства.

Однако всем этим проектам вновь не суждено было сбыться. Александр I не допустил ограничения самодержавия, а в своей деятельности он решил опереться на молодых друзей, которые разделяли его либеральные идеи. Вокруг императора возник кружок молодых реформаторов, получивший название «Негласный комитет». Его состав весьма примечателен. Самый молодой член кружка 28-летний граф Павел Строганов был свидетелем Французской революции и даже лично принимал участие в заседаниях якобинского клуба. Другим членом Негласного комитета был польский аристократ князь Адам Чарторыйский, которому Александр I признавался в планах восстановить былое величие его родины. Граф Виктор Кочубей был молодым дипломатом и, наконец, пятый и самый возрастной член кружка 40-летний Николай Новосильцев был большим англоманом.

Заседания Негласного комитета были неформальными: Александр I, Строганов, Чарторыйский, Кочубей и Новосильцев обсуждали то внешнюю политику, то крестьянский вопрос, то положение в армии, причем каждый был волен оспаривать мнение императора. Раздавались идеи закрепить право частной собственности и неприкосновенности личности, даровать свободу веры, мысли и слова. Негласный комитет действительно был негласным, но слухи о нем очень быстро просочились в придворную среду и встревожили старых «екатерининских орлов». Гавриил Державин называл комитет неиначе как «якобинской шайкой», пропитанной «французским и польским конституционным духом».

Члены Негласного комитета сходились в одном: необходимо навести порядок в управлении Российской империи, дать стране давно ожидаемый свод законов, улучшить образование и начать ограничивать крепостное право.

В 1802 году началась министерская реформа. Прежние петровские коллегии были заменены на восемь министерств: Военное, Морское, Внутренних дел, Иностранных дел, Финансов, Юстиции, Коммерции и Народного просвещения. Главным отличием новых органов был проведенный в них принцип единоначалия. Министр был полновластным хозяином в своем министерстве и главным ответчиком перед императором. Посты министров поделили между собой старые екатерининские аристократы и члены Негласного комитета, который был фактически распущен в 1803 году.

Кроме того, была образована Комиссия составления законов, которая должна была выработать новый свод. Александр I понимал, что одними законами и административными реформами не улучшить управление. Ему были нужны образованные люди, которых не хватало. Школьная реформа 1786 года, начатая Екатериной II, давала очень скромные результаты, а высшее светское образование по-прежнему можно было получить лишь в Московском университете. С самого начала правления Александра I стали появляться новые университеты: Дерптский (ныне Тартуский), Казанский, Харьковский, Виленский (ныне Вильнюсский) и Петербургский. Таким образом, число университетов было доведено до шести. Кроме того, было открыто несколько лицеев, чья программа приближалась к университетской. Самый известный из них — Царскосельский лицей, основанный в 1811 году, в котором учились Александр Пушкин и будущий канцлер князь Александр Горчаков.

Как и прежде, учреждение университетов было связано со многими трудностями: не хватало преподавателей, средств и желающих учиться. Но несмотря на эти трудности, университеты стали важными центрами просвещения, которые преобразили жизнь своих городов.

«Там разрешались молодые вопросы, там удовлетворялись стремления и чувства! Там был суд, осуждение, оправдание и торжество! Там царствовало полное презрение ко всему низкому и подлому, ко всем своекорыстным расчетам и выгодам, ко всей житейской мудрости — и глубокое уважение ко всему честному и высокому, хотя бы и безрассудному»,

— вспоминал университетскую атмосферу выпускник Казанского университета Сергей Аксаков.

Александр I был противником крепостного права, но хорошо понимал, что он не может его просто отменить. Это привело бы императора к конфликту с дворянством, а судьба Павла I недвусмысленно указывала, чем этот конфликт мог для него закончиться. Поэтому император действовал осторожно, пытаясь уничтожить самые вопиющие черты крепостничества.

Объявление в газете о продаже крепостных. 1800

Большое значение имел отказ Александра I от старой практики дарения государственных крестьян наиболее видным сановникам. Перестав дарить крестьянские души, «дабы не плодить рабства», Александр I пресек рост крепостного населения в России. Запрещалось давать объявления в газетах о продаже крепостных, продавать их по одиночке, разлучая тем самым близких родственников, ссылать крестьян в Сибирь. Правда, помещики нередко обходили эти запреты. В 1803 году был принят указ о вольных хлебопашцах, который четко прописывал процесс выкупа крестьян из крепостной зависимости в случае доброй воли помещика. Помещик должен был наделить выкупавшихся крестьян землей, а правовой статус «вольных хлебопашцев» и их повинности в пользу государства теперь были регламентированы. Однако, поскольку выкуп был обусловлен волей помещика, которому было невыгодно расставаться со своей рабочей силой и частью своей земли, до отмены крепостного права в 1861 году лишь несколько тысяч крестьян смогли воспользоваться этим указом.

Конечно, все эти меры были лишь робкими шагами, едва затронувшими основы крепостного права, но это были первые в России практические шаги по его ограничению. Восемь министерств, пять новых университетов, бесплодные попытки составить новый свод законов и ограничить крепостничество составляют итоги «дней александровых прекрасного начала». Едва ли сам император был доволен ими. Реформы, о которых он мечтал, шли медленно и с большим сопротивлением, не встречая сочувствия подданных.

В 1805-1807 годах Александр I вел неудачные кампании против наполеоновской Франции, которые завершились невыгодным Тильзитским миром. Русское общество очень болезненно отреагировало на неудачи в борьбе с Наполеоном. Николай Карамзин считал, что Россия в Тильзите пожертвовала «нравственным достоинством великой империи». После 1807 года положение Александра I стало как никогда шатким, так как именно его и его реформаторский курс винили в случившемся.

Как следствие, усилилась консервативная оппозиция курсу императора, которая стала привлекать на свою сторону как рядовое дворянство, так и некоторых членов императорской фамилии. Консерваторы считали, что реформы только ослабляют и расшатывают основы русского общества.

Их идеалом было мудрое самодержавие, опиравшееся на тесный союз с дворянством.

Не имея возможности прямо критиковать Александра I, представители консервативной оппозиции стали нападать на слепое подражание французским образцам, или «галломанию». Под огонь их критики попали и поляки, также ассоциировавшиеся с «революционным духом», благо 200-летие событий Смутного времени способствовали актуализации русско-польского противостояния. Французскому и польскому противопоставлялось русское, причем, увлекаясь этим противопоставлением, консерваторы впервые после Петра начали рисовать в идеализированном виде допетровскую Русь.

У историков нет прямых свидетельств о существовании заговора против Александра I, хотя об этом писали из Петербурга некоторые иностранные послы. Но несомненно Александр I не мог не учитывать этих настроений, тем более, судьба Павла I всегда стояла у него перед глазами.

Варнек А.Г. Портрет М.М. Сперанского. 1824

На этом общественно-политическом фоне рядом с престолом восходит звезда Михаила Сперанского. После 1807 года Александр I не бросил свои либеральные проекты, хотя и понимал, что их надо проводить с большей осторожностью. Его друзья по Негласному комитету были удалены, чтобы не вызывать раздражения у консерваторов, и Сперанский стал его новой опорой. Сперанский был сыном священника и добился высокого положения благодаря трудолюбию и несомненному таланту. В придворной среде он оставался аутсайдером, а его низкое происхождение стало удобной мишенью для его политических противников. Новый секретарь разделял либеральные устремления Александра I и умел облечь их в конкретную форму. В 1809 году ему было поручено составить проект конституции для России. Сперанский подготовил «Введение к уложению государственных законов», в котором изложил начала, на которых будет строиться предполагаемая конституционная монархия в России. Краеугольными камнями проекта были принцип разделения властей и наделение русских гражданскими и политическими правами. Граждане, обладавшие имуществом, участвовали в выборах в новый орган, Государственную думу, которая обладала законосовещательными функциями. Таким образом, проект Сперанского предполагал ограничение самодержавия, хотя и в довольно мягкой форме. Реализация проекта предполагалась в 1810-1811 годах, но так и не состоялась. Александр I понимал, что введение конституционных начал не встретит одобрения у консервативных кругов, а в преддверии нового раунда противостояния с Наполеоном, ссориться с аристократией было опасно.

Слухи о проектах Сперанского просачивались в придворную среду и не добавляли ему популярности. В том же 1809 году Александр I утвердил разработанный Сперанским указ об экзаменах на чин. По этому указу для получения чина VIII класса гражданской службы в Табели о рангах, дававшего дворянство, нужно было либо предоставить диплом о соответствующем образовании, либо сдать экзамены. Это требование вызвало бурю негодования и было расценено как оскорбление старым служакам. Роль Сперанского в разработке указа не была упущена из виду, и знать была в ярости от «поповича». Ходили слухи, что Сперанский является тайным поклонником Наполеона, якобинцем, масоном, врагом церкви и даже французским шпионом.

Чем ближе был 1812 год, тем больше усиливалось влияние консерваторов при дворе. Консервативная оппозиция получила нового яркого лидера, которым стал историк и литератор Николай Карамзин. Изучая русскую историю, он пришел к выводу, что самодержавие является самой подходящей формой правления для России: слабло самодержавие — слабла Россия, и наоборот. Выражением этих идей стала «Записка о древней и новой России», поданная Александру I в 1811 году.

«Всякая новость в государственном порядке есть зло, к коему надобно прибегать только в необходимости», – провозглашалось в записке.

Карамзин давал понять, что консерваторы такой необходимости не видят, а ненужные реформы и неудачи на внешнеполитической арене вызывают только ропот. Сильный и справедливый монарх, опираясь на дворянство, способен привести Россию к благоденствию, следовательно, «не формы, а люди важны».

Тропинин В.А. Портрет Н.М. Карамзина. 1818

В том же 1811 году, когда появилась «Записка о древней и новой России», вокруг Сперанского стала закручиваться интрига. Последовала целая серия доносов, в которых Сперанский обвинялся во всех смертных грехах, включая шпионство в пользу Наполеона. Едва ли Александр I поверил клевете на Сперанского, но обстоятельства были неумолимы. Чувствуя необходимость пойти на компромисс с влиятельной аристократией в преддверии нашествия Наполеона, Александр пожертвовал им. 17 марта 1812 года между императором и Сперанским состоялся разговор, содержание которого осталось неизвестным. Сперанский вышел из кабинета в слезах и крайней рассеянности. В тот же день он вынужден был отправиться в ссылку в Нижний Новгород. По свидетельству современника, опалу Сперанского «торжествовали как первую победу над французами». На этом попытки реформ закончились. 9 апреля 1812 года Александр I отправился в Вильну, где императора ждала его армия.

XIX век (1801-1917)

• Эпоха Александра I (1801-1825)
• Дней Александровых прекрасное начало
• Эпоха Николая I (1825-1855)
• Эпоха Александра II (1855-1881)
• Эпоха Александра III (1881-1894)
• Эпоха Николая II (1894-1917)